KuzgunНовинки месяцаОдинокий ворон

Одинокий ворон. Глава 24. Самое пекло.

Опубликовано

Как вновь завоевать любовь, если до этого ты ранил женщину в самое сердце?
На вряд ли в этом случае помогут цветы и украшения. Красивые слова, как бы хороши они не были, уже не будут ласкать слух.

Али Бильгин сидел на развалинах в Румели Фенери, теребя в руках смартфон. Всезнающий интернет, увы, не выдал ответа на его вопрос.
Мужчина впервые за пятнадцать лет ушёл из офиса, даже не соизволил предупредить об этом секретаря, и отправился на север, к Черному морю.

Здесь было тихо. Холодный ветер распугал немногочисленных туристов и Али мог спокойно подумать.

Ему было тридцать четыре года, последние шесть лет он был женат. Но впервые мужчина задумался о том, что его жизнь распадается на крошки, на череду бессвязных моментов. Непонятных, не прочувствованных, прошедших рядом, но не задевших его.

Али привык жить по инерции, не задумываясь о себе. Сначала он делал всё в угоду отцу, желая получить отцовское одобрение, затем вся жизнь стала крутиться вокруг дел фирмы. Мужчина мало задумывался о себе, своих нуждах и желаниях.

Когда он встретил Седу? Почувствовал ли тогда что-то к ней? Седа была одной из многих, с кем Али коротал ночи, желая на время вычеркнуть из сознания мысли об инвестициях, поставках и договорах. В ту пору он не задумывался о создании семьи, о детях, жене. Всё это затмевала спешка, в которой он постоянно пребывал.

Новость о ребёнке не стала для него трагедией, лишь слегка нарушила ход жизни мужчины. Вынужденная свадьба с Седой лишь внесла коррективы. Он никогда не пытался полюбить жену, всё их общение сводилось к заботе о дочке, посещению светских мероприятий и редкому сексу.

Седа всегда оставалось для него чем-то временным, крупицей между сном и работой. Он не интересовался женщиной, её мечтами, желаниями.

Ситуация с Дилой сорвала с Али затёмненные очки, в которых он существовал. Внезапная параллель между сестрой и женой, лишь мелькнувшая искоркой на подсознании, прочно завладела его разумом.

Будь Седа его сестрой, как бы он отнёсся к её мужу? Позволил бы тому, так относится к женщине?

Почему она вышла замуж? Из-за того, что любила? Стала бы она сохранять ребёнка, если бы ничего не чувствовала к его отцу? Смогла бы пренебречь гордостью и пойти к будущему свекру, чтобы сообщить о своём позоре? Вышла бы замуж, зная, что муж не любит её?
Ложилась бы с ним в постель, понимая, что в этом нет чувств, лишь животные инстинкты?

Допустил бы Али такое обращение с Дилой?

Руки мужчины дрожали и ему пришлось сжать их в кулак. Он знал, что ради сестры, смог бы пойти на убийство. Никто, никогда не посмел бы так вести себя с Дилой!

Возможно поэтому Али инстинктивно презирал Бору Дагестанлы, видя в нём отражения себя. Для Боры Дила была лишь средством, временной игрушкой, которую тот бы не побоялся сломать. Наигравшись, мужчина бы бросил её в тёмный чулан своей жизни, относясь к ней, как к бестолковой вещице.

Ветер насквозь продувал куртку, холодным лезвием нанося удары по телу Али. Но он не чувствовал стихии, внутри него горело пламя самобичевания.

Осознание того, каким подонком он оказался, причиняло боль. Али никогда не думал об этом. Никогда.

Просто жил, пользовался, не понимал.

Как Седа терпела это? Почему? Из-за любви?
Неужели можно любить так сильно?
Неужели он достоин такой любви?

Девочка отказалась от своей жизни, от счастья, просто, чтобы быть рядом с ним?

Это было глупо! Зачем нужно страдать, обрекая себя на такие несчастья? Прятать гордость, ждать, разочаровываться и ненавидеть, надеяться.

Автомобиль мчался по трассе. Внезапный порыв, заставил мужчину покинуть побережье. Он жал на педаль газа, словно от этого зависела жизнь.

Осознание, что кто-то любит его, не облегчало страдания. Не дарило умиротворяющее тепло, напротив, било в самое сердце огненными клубами.

Али всю жизнь добавился любви. Он хотел, чтобы отец гордился им. Он мечтал вернуть те мгновения, когда руки матери касались его лица, когда её губы оставляли тёплый след на его щеке. Когда Дила обнимала его, словно он был скалой, единственный, способный уберечь её от бед.

Али лишился всего этого, когда мама ушла. Дилу отправили в Англию, в те редкие минуты встреч, она уже не была той девочкой, которая нуждалась в нём. Отец, после смерти жены, ещё больше отдалился от сына. Али так и не удалось услышать в голосе Рыфата Бильгина, хоть капельки гордости за сына.

Али так отвык чувствовать любовь, что не узнал её, когда в его жизнь вошла Седа. Девочка любила его, а он этого даже не заметил.

Грязными сапогами прошёлся по девственной чистоте души. Унизил, растоптал и не понял.

Автомобиль резко завернул в переулок, взвизгнули тормоза. Мужчина стучал в красную дверь, радуясь тому, как от сильного удара покалывает ладони. Физическая боль приносила облегчение, на короткое мгновение ослабляя душевные мучения.

Кузгун открыл ему спустя несколько минут. Внимательно оглядел, пригласил войти. Затем, не спрашивая, разлил по стаканам виски. И не чокаясь, выпил.

Огненная жидкость, увы, лишь обожгла гортань, но не принесла облегчения.

Они сидели на кухне, за большим обеденным столом, друг напротив друга.

-Если ты обидишь Дилу, я тебя убью! – внезапно произнёс Али.

Кузгун внимательно смотрел ему в глаза.

-Я понял, – ответил он.

Как ни странно, но этот ответ, удовлетворил Али. Этот парень действительно любил Дилу. Почему-то Али не сомневался в этом.

-Как дела с коллекцией?

Кузгун выглядел уставшим. Бильгин знал, что Passionis работает в усиленном режиме, сроки, установленными отцом, были ничтожно малы. Но судя по отзывам Дефне и ещё пары сотрудников, которые доносили информацию отцу, Кузгун справлялся с задачей.

-Трудимся, – отозвался мужчина. – Как… Как Дила?

Али вздохнул. Да, этот парень любит его сестру. Что ж, значит, Кузгун Ипликчи.

-Заперлась в комнате. Помощник привёз ей бумаги по новому делу. Так что она немного переключилась. Дила с головой уходит в работу! Впрочем, как все Бильгины! Как и ты.

Они ещё немного поговорили о коллекции, за годы отсутствия Кузгун немного отстал от реальной ситуации в Стамбуле. За это время бизнес стал иным. Али охотно поделился с мужчиной своими знаниями. Про себя отметив, что у Ипликчи отличная деловая хватка. Значит, информация по нему оказалась правдивой.
Когда-то Кузгун сделал невозможное, не только сохранил фирму после смерти отца, но и вывел её на новый уровень. Возможно, Дила не ошиблась в своём выборе!

Уже уходя, Али вдруг увидел в прихожей шарф Дефне.

-Как она? – спросил он, указав взглядом на аксессуар.

-Держится! – ответил Кузгун, затем усмехнулся. – Я отправил её в самое пекло, пусть оба сгорят.

-Самое пекло! – повторял Али, пока ехал домой. По пути он всё же заехал в магазин и купил цветы и кольцо.

Series Navigation<< Одинокий ворон. Глава 23. Перечеркивая то, что было.Одинокий ворон. Глава 25. Шаг в новый мир. >>
0 0 голоса
Рейтинг статьи

Автор публикации

не в сети 1 неделя

Dpimka

10
Комментарии: 1364Публикации: 234Регистрация: 05-09-2019
Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии